Беларусь давно входит в число наиболее репрессивных государств Европы в отношении ЛГБТК+-людей. Однако то, что происходит сейчас, выходит за рамки неформальной дискриминации или общественных предрассудков. С 2020 года беларусские власти последовательно выстраивают законодательную систему, которая криминализирует не только ЛГБТК+-идентичность, но и любое её проявление. Результатом стала правовая среда, в которой открытое существование в качестве квир-человека — или даже выражение поддержки таким людям — может повлечь уголовное преследование.
Материал основан на оценке страновой ситуации, подготовленной «Правовой инициативой» в июне 2026 года. В ней документируются законодательные меры, правоприменительная практика и то, что они означают для ЛГБТК+-людей в Беларуси и за рубежом сегодня.
Страна под репрессиями
Любой анализ положения ЛГБТК+-людей в Беларуси необходимо начинать с более широкого контекста. После массовых протестов 2020 года, когда сотни тысяч беларусов и беларусок вышли на улицы, оспаривая результаты сфальсифицированных президентских выборов, режим Лукашенко развернул систематические репрессии, которые продолжаются по сей день.
По состоянию на июнь 2026 года более 850 политических заключённых остаются в беларусских местах лишения свободы. Более 7 700 человек осуждены по политически мотивированным уголовным делам начиная с мая 2020 года. ЛГБТК+-люди преследуются не в изоляции — они входят в число групп, наиболее остро затронутых режимом, воспринимающим любое отличие как угрозу.
В настоящее время Беларусь занимает 46-е место в Радужной карте ILGA-Europe с показателем всего 7,01% соблюдаемых прав — и эта цифра неуклонно снижается начиная с 2019 года, когда страна находилась на 40-й позиции.
Законодательная архитектура преследований
Качественное отличие нынешней ситуации от предыдущих лет состоит в создании формальной правовой базы для преследования ЛГБТК+-людей. Выделяются три ключевых законодательных изменения.
Расширение определения порнографии
В марте 2024 года Министерство культуры Беларуси приняло постановление № 24, которым внесло изменения в официальное определение порнографического контента. Постановление отнесло упоминания «гомосексуальных отношений», «лесбийской любви» и трансгендерной идентичности к категории «нетрадиционных сексуальных отношений», поставив эти понятия в один правовой ряд с социально осуждаемым и криминализованным поведением.
Практические последствия очевидны: любое публичное проявление квир-идентичности, ЛГБТК+-идентичности или поддержки, в реальной жизни или в социальных сетях, может быть юридически квалифицировано как производство или распространение порнографии. Это влечёт административную ответственность по статье 19.7 КоАП:
Хранение с целью распространения или рекламирования либо распространение, рекламирование порнографических материалов, печатных изданий, изображений, кино-, видеофильмов или сцен порнографического содержания, иных предметов порнографического характера – влекут наложение штрафа в размере от двух до тридцати базовых величин.
и уголовную — по статье 343 УК РБ:
- Хранение с целью распространения или рекламирования либо распространение, рекламирование порнографических материалов, печатных изданий, изображений, кино-, видеофильмов или сцен порнографического содержания, иных предметов порнографического характера, совершенные в течение года после наложения административного взыскания за такие же нарушения, а равно изготовление с целью распространения или рекламирования либо трансляция или публичная демонстрация порнографических материалов, печатных изданий, изображений, кино-, видеофильмов или сцен порнографического содержания, иных предметов порнографического характера – наказываются общественными работами, или штрафом, или исправительными работами на срок до двух лет, или арестом.
- Изготовление или хранение с целью распространения или рекламирования либо распространение, рекламирование, трансляция или публичная демонстрация порнографических материалов, печатных изданий, изображений, кино-, видеофильмов или сцен порнографического содержания, иных предметов порнографического характера, совершенные из корыстных побуждений либо организованной группой, а равно распространение, рекламирование, трансляция или демонстрация лицу, заведомо не достигшему шестнадцатилетнего возраста, порнографических материалов, печатных изданий, изображений, кино-, видеофильмов или сцен порнографического содержания, иных предметов порнографического характера, совершенные лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, – наказываются ограничением свободы на срок от двух до четырех лет или лишением свободы на тот же срок со штрафом.
Поправки к Закону «О правах ребёнка»: ЛГБТК+-идентичность признана вредоносной
В июле 2025 года в Закон «О правах ребёнка» были внесены изменения, которые отнесли «пропаганду гомосексуальных отношений, смены пола, педофилии и бездетности» к контенту, причиняющему вред психическому здоровью детей. Поправка создала прямые правовые риски для родителей, воспитывающих детей в духе терпимости и равноправия, — при полном отсутствии законодательного определения того, что считать «пропагандой».
Административная ответственность за «пропаганду» — статья 19.16 КоАП
Наиболее свежим и масштабным нововведением стала статья 19.16 КоАП, подписанная А. Лукашенко 15 апреля 2026 года. Норма:
- запрещает распространение в любой форме информации в целях формирования у граждан представлений о привлекательности гомосексуальных отношений, смены пола, бездетности или о признании педофилии допустимой;
- предусматривает административную ответственность: для физических лиц — до 20 базовых величин, для индивидуальных предпринимателей — до 100 базовых величин, для юридических лиц — от 100 до 150 базовых величин. Если такие действия повлекли ознакомление несовершеннолетнего с указанной информацией, для физических лиц предусмотрен штраф в размере от 20 до 30 базовых величин, либо общественные работы, либо административный арест; для индивидуальных предпринимателей — штраф от 100 до 150 базовых величин; для юридических лиц — штраф от 150 до 200 базовых величин.
- имеет экстерриториальный охват: контент, размещённый за рубежом, но доступный беларусской аудитории, может стать основанием для привлечения к ответственности на территории Беларуси.
Эксперты ООН по правам человека охарактеризовали это законодательство как опасную эскалацию, указав, что оно приравнивает легитимную правозащитную деятельность к административному правонарушению и рискует создать почву для дальнейших преследований уже и без того маргинализированных групп.
Правоприменение: как это выглядит на практике
Законодательство — лишь часть общей картины. Не менее важна правоприменительная практика. Задокументированные случаи свидетельствуют о систематических, целенаправленных и нередко жестоких преследованиях.
Рейды, задержания, слежка
В период с 2020 по 2025 год организация TG House зафиксировала 46 задержаний представителей ЛГБТК+-сообщества, включая 16 трансгендерных людей. Эта цифра с высокой вероятностью занижена — вследствие государственной цензуры и обоснованных страхов, удерживающих многих пострадавших от обращений за помощью.
Только в сентябре 2024 года было задержано от 15 до 20 человек; к ноябрю общее число задержанных превысило 30, включая не менее восьми трансгендерных лиц. Рейды проводились против закрытых культурных мероприятий и частных встреч — пространств, которые сообщество воспринимало как относительно безопасные.
К 2025 году, наряду с формальными правовыми мерами, власти всё активнее прибегали к негласным методам давления: вербовочным ловушкам через приложения для знакомств, «профилактическим» беседам без документального оформления, давлению на родственников, а также попыткам принудить людей к сотрудничеству с правоохранительными органами.
Уголовное преследование за личные фотографии
Уголовные обвинения по статье 343 УК «порнография» предъявлялись ЛГБТК+-людям на основании не содержащих эротики личных фотографий из социальных сетей. В 2024 году были задокументированы три случая, когда трансгендерных людей привлекали к ответственности по этой статье за фотографии, не содержавшие порнографического контента, но признанные таковыми властями.
В сентябре 2024 года трёх трансгендерных женщин в одном из региональных городов Беларуси подвергли обыску под видом проведения следственного мероприятия. Как минимум одна из них стала обвиняемой по статье 343 УК РБ. Примерно в тот же период другая трансгендерная женщина была задержана прямо на улице в Минске и подверглась насилию и унижению в полицейском участке — её жилище обыскивали ещё в марте того же года.
Насилие и жестокое обращение в местах лишения свободы
Международный комитет по расследованию пыток в Беларуси в своем докладе в апреле 2023 года, зафиксировал систематические формы жестокого обращения, целенаправленно применяемого к ЛГБТК+-людям в местах лишения свободы. Имеющиеся данные не свидетельствуют об изменении этой практики.
Сотрудники правоохранительных органов систематически используют гомофобную брань и физическое насилие в отношении задержанных, воспринимаемых как ЛГБТК+, используя внешность — цвет и длину волос, одежду, личные вещи — в качестве повода для усиления издевательств. Принудительный каминг-аут применяется как намеренная тактика: сотрудники проверяют телефоны и переписки задержанных, чтобы установить их сексуальную ориентацию или гендерную идентичность, а затем используют полученные сведения для принуждения к записи «покаянных видео» и давления на других заключённых.
Трансгендерные задержанные подвергались многократно усиленному насилию — включая трансфобные допросы и прямые угрозы сексуальным насилием со стороны других заключённых. В задокументированных случаях угрозы переходили в реальные действия.
Без защиты и без права на защиту
Беларусь не предоставляет ЛГБТК+-людям специальной правовой защиты от дискриминации. В результате лица, столкнувшиеся с неравным обращением, например, в сфере труда, образования, здравоохранения, предоставления услуг или жилья по причине своей сексуальной ориентации либо гендерной идентичности, не располагают эффективными правовыми механизмами защиты своих прав.
Кроме того, беларусское законодательство не признаёт преступления, совершённые по мотивам принадлежности к ЛГБТК+-людям, отдельной категорией преступлений на почве ненависти. Мотив вражды, связанный с сексуальной ориентацией или гендерной идентичностью потерпевшего, не рассматривается в качестве отягчающего обстоятельства и не влечёт более строгой ответственности для виновного лица.
Однополые партнёрства не имеют юридического статуса. Независимые ЛГБТК+-организации гражданского общества систематически закрывались с 2020 года в рамках масштабного разгрома гражданского общества.
В отсутствие независимых СМИ внутри страны и действующих механизмов правовой защиты значительная часть нарушений остаётся незафиксированной. Многие пострадавшие не сообщают о случившемся и не раскрывают информацию об испытанном насилии — из страха перед повторными преследованиями, угрозами в адрес родственников или опасения снова подвергнуться насилию.
Риски не заканчиваются на границе Беларуси
Одной из наиболее существенных особенностей статьи 19.16 КоАП является её экстерриториальное действие. Контент, опубликованный за рубежом, но доступный беларусской аудитории, может повлечь ответственность на территории Беларуси. Это означает, что ЛГБТК+-беларусы и беларуски, проживающие за рубежом — в том числе бежавшие от преследований, — по-прежнему несут правовые риски в связи со своим онлайн-присутствием и правозащитной деятельностью.
Риски актуальны и для тех, кто рассматривает возможность возвращения. Даже длительное проживание за рубежом не устраняет опасности: основанием для преследования властей служит идентичность человека, а не конкретные действия — и идентичность невозможно скрыть или изменить в угоду государству, её криминализировавшему.
Заключение
Законодательные изменения 2024-2026 годов представляют собой качественный сдвиг в положении ЛГБТК+-людей в Беларуси. То, что прежде было стихийными репрессиями и произвольным правоприменением, теперь оформлено в систему правовых инструментов, создающих явную основу для криминализации ЛГБТК+-идентичности и её проявлений.
ЛГБТК+-люди в Беларуси сталкиваются с реальным риском ареста, уголовного преследования, административных санкций и физического насилия — за действия, которые не образуют состава правонарушения по нормам международного права в области прав человека. Эффективных механизмов правовой защиты для них не существует. Беларусское государство является одновременно субъектом нарушений и органом, ответственным за их предотвращение и устранение.
Международный комитет по расследованию пыток в Беларуси продолжает документировать эти нарушения и содействовать усилиям по привлечению виновных к ответственности на международном уровне. Чтобы рассказать о своем опыте, заполните форму для сбора фактов и доказательств о пытках и других жестоких, бесчеловечных или унижающих человеческое достоинство видах обращения или пишите нам напрямую в Telegram @torturesbelarus2020.